Река Каква – труженица. Она дала жизнь нескольким поселкам. Сейчас их уже нет

Река Каква – труженица. Она дала жизнь нескольким поселкам. Сейчас их уже нет
Река Каква. Фото: Александр Меркер.

На высоту свыше тысячи метров вздыбился Ольвинский Камень, одна из горных вершин Северного Урала. С его юго-западного склона и начинается живописная горная речушка Каква. Сначала меж вершин и увалов она несет свои воды на юг, принимает с правой стороны свою младшую сестренку Южную Какву, которая начинается с небольшого хребта Кедровый Спой, затем поворачивает на восток и, прорезая горные гряды, уходит от Уральских гор навстречу Сосьве.  

Большой рекой-труженицей была когда-то Каква. На всем протяжении ее берега занимали большие рабочие поселки и маленькие селения-кордоны лесников, лесозаготовителей и сплавщиков древесины. Своим рождением эти лесные поселки в большинстве случаев обязаны были спецпереселенцам с далеких степных просторов Ставрополья, Украины и Дона. Это были большие труженики-сельчане, которые своим трудом обеспечили себе сносное хозяйство, из-за которого от советской власти получили клеймо „кулака“, стали изгоями своего государства и в 20-30-х годах прошлого века были высланы с родной земли в далекие таежные дебри Северного Урала. Потеряв от голода и холода сотни своих земляков, эти труженики, тем не менее, и на новом месте сумели обустроить свою жизнь. Таежные берега Каквы стали для переселенцев второй родиной. 

На лесоповале наравне с мужчинами работали и женщины. Почти по пояс в снегу, в плохой одежде, при скудном питании переселенцы попарно с двуручными пилами валили огромные сосны, ели и кедры, топорами обрубали ветки, затем бревна распиливали на части определенной длины. К берегу реки бревна, груженые на сани, отвозили на лошадях. Бревна штабелями складировались прямо на льду Каквы, где они дожидались начала ледохода.

Переселенцы не только на лесоповале работали, но и лес по Какве сплавляли. Основная масса заготовленного в лесных делянках и вывезенного зимой к реке леса сплавлялась в весеннее половодье, но и в летнее время лес сплавлялся партиями. В настоящее время вдоль некоторых участков берега реки можно видеть странные сооружения стенок из бревен. Эти стенки называются отбойниками. Их остатки сохранились с тех времен, когда по Какве осуществлялся молевой сплав заготовленной древесины. Эти отбойники возводились на поворотах реки или где были низкие берега. Отбойники направляли поток древесины в основное русло реки и уменьшали занос ее в кусты.

После спуска последних партий сплавляемой молем древесины проводилась зачистка всей реки от остатков сплава. Для этой завершающей сплавной работы еще с лета в верховье реки начинали строительство большого харчёвого плота. 

Плоты с рабочими-сплавщиками, среди которых были и женщины, работавшие наравне с мужчинами, шли в конце сплавляемой молем древесины, останавливались в местах затора и обсушки древесины. В этих местах сплавщики разбирали заторы, стаскивали обмелевшие и застрявшие в прибрежных кустах брёвна-баланы в воду, подправляли попорченные отбойники, возводили в нужных местах новые и двигались дальше. Это было очень трудная работа, иногда и опасная. На зачистку реки уходило много дней, поэтому на плотах-харчевнях имелись женские и мужские палатки или небольшие домики для жилья, столовой, имелся магазин, была баня. В последние сплавные годы на таких плотах-караванах были даже небольшие электростанции, работал радиоузел, раз в неделю «крутили» кино. Можно сказать, от верховья Каквы и до устья двигался микрогородок.  

Этими харчевыми плотами в летнее время шло обеспечение прибрежных поселений необходимыми продуктами питания и товарами первой необходимости. Местное население всегда с большим нетерпением ждало приход такого каравана плотов, это всегда был праздник для всех.

Река Каква в настоящее время намного мельче, чем в давние годы. Причина обмеления сплавной Каквы в том, что во время молевого сплава (бревна сплавляются не в сплотке, а врассыпную) много древесины тонет (особенно береза), захламляя дно, и застревала в прибрежных кустарниках. У затонувшей древесины скапливаются речные наносы, которые на протяжении многих лет приводят к поднятию речного дня, река Каква мелела. Затонувшая древесина разлагалась, ядовитые выделения негативно влияли на водную растительность и рыб. Ни о какой экологии в те годы и не задумывались, о ней просто ничего не знали.  

По идее, речное дно ежегодно надо было бы чистить, углублять, что и делалось иногда: во время мелководья в проблемных местах трактором углубляли дно реки. Но, повторюсь, такая работа проводилась редко. 

С появлением в леспромхозах лесовозных машин молевой сплав древесины прекратили, перешли на вывоз леса с делянок и доставка его к потребителю на автомобилях. 

Среди плотогонов, конечно, было много заядлых рыбаков. Работая на сплаве несколько лет, они прекрасно знали все прибрежные скалы, но и рыбные места на реке и умело пользовались этим, промышляя рыбой в свое свободное время. 

Вечером, после завершения дневной работы, плот-харчевня причаливал к берегу. Многие плотогоны спешили захватить «вечёрку» – вечернюю зарю, наведывались к своим облюбованным для лова местам: омутам или к перекатам. Комары, конечно, заедали, но зато какое огромное удовольствие сплавщики получали от рыбалки! Наживкой выступали черви, заготовленные заранее.  

Через часок-другой рыбаки возвращались к плоту-каравану с уловом – будет из чего сварить уху у костра и жарёху в сковороде приготовить. Пока одни чистят рыбу, другие поблизости собирают сухой хворост, готовят дрова, прямо тут же у реки разводят костер и ставят котелок. 

Вот на траве уже и скатерть-самобранка расстелена, на которой разместились головки лука, горка хлебных ломтиков и алюминиевые кружки с пахучей жидкостью домашнего изготовления. Приняв дозу самогона и сделав шумный выдох, уху из общего котелка каждый хлебает своей деревянной ложкой.  

Поужинав, плотогоны располагаются вокруг костра, отмахиваются от звенящих вокруг комаров и ведут неторопливую беседу, которая вскоре заменяется на песни. Бывало и так, что к этой уединившейся группе постепенно присоединялись и остальные сплавщики – мужчины и женщины. И тогда по-над речной гладью широко разносились многоголосные песни, в которых звучала скорбь исполнителей о своих переживаниях, о горькой доле своей переселенческой жизни, об опасно тяжелой работе и сердечную тоску по родным домам в далеком южном краю. Звучали и разухабисто удалые песни, и озорные частушки. Всё перемешалось в жизни людской: и скорбь, и радость бытия. 

Вот и песни кончились, плотогоны разбредаются по своим спальным местам – завтра рано вставать. Ничто не нарушает речную тишину и спокойствие вод, только неугомонные кузнечики не могут никак успокоиться. Не спит и река – она продолжает нести с гор свои воды и готовит новые неожиданные заботы людям труда.

В начале 1960-х годов строевой лес в долине Каквы постепенно вырубили, его промышленная заготовка сокращалась, леспромхозы закрываются, потребность в рабочих отпадала. Жители прибрежных поселков в поисках работы, бросив свои дома, стали покидать обжитые места. Какая-часть жителей еще пыталась жить в поселках, где уже не было ни медпункта, ни магазина, ни школы, но не выдерживали суровые условия быта и тоже вынуждены были покинуть эти места. Так, почти враз, закрылись Башенёвка, Галка, Тота, Шихан, Полутовка и другие приречные поселки. Возникнув одновременно, они в одно время и исчезли.


Поделиться в соцсетях:
Читайте также
Комментарии
Комментарии для сайта Cackle
Популярные новости
Вход

Через соцсети (рекомендуем для новых покупателей):

Спасибо за обращение   

Если у вас возникнут какие-либо вопросы, пожалуйста, свяжитесь с редакцией по email

Спасибо за подписку   

Если у вас возникнут какие-либо вопросы, пожалуйста, свяжитесь с редакцией по email

subscription
Подпишитесь на дайджест «Выбор редакции»
Главные события — утром и вечером
Предложить новость
Нажимая на кнопку «Отправить», я соглашаюсь
с политикой обработки персональных данных