Правда за закрытой дверью. О том, какой бывает «семейная жизнь»

Правда за закрытой дверью. О том, какой бывает «семейная жизнь»

Каждый день мы видим множество окон, но не знаем, что за ними происходит. Не знаем наверняка, но догадываемся. За каждым окном муравейника-многоэтажки своя история. У кого-то она грустная, где-то веселая, а где-то – как у Ирины (имена изменены – прим. ред.).

Наша встреча долго не могла состояться, но все же удалось выкроить вечер для душевного разговора. Обо всем. Передо мной – молодая и симпатичная женщина Ирина с немного грустными, мудрыми глазами. Она решила рассказать о своей жизни и о том моменте, когда решила ее изменить.

Ирина со своей несовершеннолетней дочерью были жертвами домашнего насилия от самого близкого человека, который, казалось бы, должен защищать от всех бед. От мужа и отца. 

К сожалению, все совпадения с реальными людьми не случайны. Персонажи не вымышлены, а рассказ правдив.

История этой семьи началась, как у всех: дружили в детстве, а потом дружба переросла в нечто большее.

– Я не хочу сказать, что он был жестоким, а я этого не заметила, нет. Он был как все: мальчишка-шалопай, которого не воспринимаешь всерьез. Вроде знала его с самого детства, но как на потенциального мужа не смотрела – это же Димка, какой из него муж. А как вернулся из армии, то посмотрела на него другими глазами, – вспоминает Ирина с легкой улыбкой. – Как герой есенинских стихов: копна светлых волос, голубые глаза и звонкий добрый смех. Тут-то я и решила, что вот он – мой муж.

После свадьбы все осталось также – любовь и цветы не по расписанию. Через год молодая семья узнала, что скоро их будет трое. Дима очень обрадовался и носил Ирину на руках, а рождение Лизы отмечал весь двор. Но счастье было недолгим.

– Я хорошо запомнила первый его срыв. Это было спустя где-то восемь месяцев после рождения дочери. Видимо, не так он себе представлял семейную жизнь. Конечно, звоночки уже были: недовольство, иногда повышал голос, но не больше. А тут…

Это был обычный вечер. Ирина приготовила ужин, ждала мужа-заводчанина с работы и укладывала ребенка спать. Дмитрий пришел уже недовольный и с порога начал возмущаться тем, что коляска стоит в коридоре, а не на балконе. Вроде пустяк, но нет. Недовольство лишь нарастало, накручивалось – ужин отвратительный, по телевизору ничего интересного, а тут еще начала плакать Лиза. Он повернулся, посмотрел на жену и ребенка и... запустил в стену детские ходунки. 

– Я не помню, как я собралась, на это ушло меньше пяти минут. Хорошо, что было лето, и я, почти не одеваясь, с дочерью убежала к родителям. Все было как в тумане. Очень страшно и непонятно, не знаешь, что делать, куда бежать, – рассказывает Ирина. – Когда собиралась, думала только о ребенке. Мало ли что может взбрести в голову. Придя в отчий дом, уже начала осознавать, что случилось. Тогда я впервые за все время с ним заревела.

На следующее утро телефон в квартире родителей Ирины разрывался: по очереди звонили родственники Димы. Извинялись за сына и брата, уверяли, что это первый и последний раз и что такое вообще уму непостижимо. Да и вообще, это дело семейное – решите сами, а не по родителям бегайте. Вечером же заявился сам Дмитрий с подарками для жены и дочери. Страх почему-то прошел. Видимо, добрые глаза и теплая улыбка мужа сделали свое дело – Ирина вернулась домой, где ее ждал полный порядок и вкусный ужин.

Идиллия какое-то время продолжалась: Дима – примерный отец, муж и трудолюбивый работник. Но со временем начались задержки после смены. Причина – «мы с мужиками по бутылке пива выпили».

– Сначала просто приходил и бурчал. Потом эти самые товарищи начали ему рассказывать, как своих домашних «строят». Эти приемы муж начал применять на мне. Сначала все ограничивалось рассказами, мол, смотри, у Васьки жена ему тапки в зубах таскает, в два часа ночи ужин ему подает. А ты у меня что? Потом он начал требовать. И это только некоторые из его закидонов, – вздыхает женщина. – Придет после очередной посиделки ночью, я только дочь уложу, а ему плевать – начнет орать на весь подъезд. Но я почему-то мирилась с ним. Подумала, может, и правда, так и должно быть? Может, это я плохая жена? Стала всему потакать. Знаешь, а самое смешное оказалось то, что все эти его «советчики» у себя дома как мыши по углам сидели, жен боялись...


Так продолжалось несколько лет. Ирина после декрета вышла на работу бухгалтером, Лиза пошла в детский сад. Семья переехала в квартиру побольше. И вроде все как у людей. Но через месяц после новоселья произошла первая встреча с полицией. 

– Январь 2004 года, какие-то выходные. Точно помню, потому что мне не надо было на работу, а Лизке в садик. Мы пошли в гости к нашим друзьям. Посидели, немного выпили. В 10 часов вечера я с дочкой пошла домой, она уже зевала сидела. Дима сказал, что придет позже. 

Он пришел часа через два. Не сильно пьян вроде бы. Но сильно зол, а на что – Ирина так и не поняла. Начался скандал: со швырянием посуды, криками, обвинениями во всем на свете. Потом уже выяснилось: это из-за того, что жена рано ушла домой. «Но ведь у меня ребенок, дочь мне важнее посиделок», – объясняет Ирина. 

– И тут он меня ударил. Я не могу передать, насколько это было страшно. Я могла увернуться, но до последней секунды не могла поверить, что он меня ударит. Просто так, ни за что. До сих пор не могу понять, что так вообще может быть. Я как будто в трансе была, пока не почувствовала, что у меня кровь из губы. Хотела схватить ребенка и убежать. Но Дима встал в коридоре, выкинул тапки и куртку в подъезд и сказал, чтобы я уходила. 

Ирина по холоду побежала до опорного пункта тогда еще милиции, хорошо, что он был недалеко. Женщина просила, чтобы ей помогли, но в ответ: это ваши семейные проблемы, решайте сами, ничего сделать не можем. Милиционер нехотя среагировал на просьбы о помощи только тогда, когда узнал, что в квартире остался маленький ребенок. 

Зайдя в квартиру, сотрудник милиции увидел, что ребенок спит в своей комнате. Муж сказал, что они просто повздорили, а жена сама упала. Полицейский сказал, чтобы он «усмирил свою жену». Как только дверь закрылась, Дима ударил Ирину в живот. 

– Да, мне стоило тогда уйти. Убежать! Но я же дура, просто конченая дура! Любила его. К тому же, когда тебе каждый день говорят что-то в духе «ты никому не нужна, ты уродина, ты без меня никто», ты начинаешь в это верить. Я стала шарахаться от мужчин, которые могли мне сделать комплимент, воспринимала это как издевку.

И будни стали однообразными: истерики на пустом месте, летающие посуда и техника по всей квартире, постоянные уходы с дочерью из дома. Это стало нормой, ужасной и тяжелой нормой. Каждый день женщина жила с осознанием того, что если у мужа не будет настроения, у нее будет очередной синяк.

– Все видели это и говорили: терпи, ничего страшного, бьет – значит, любит. Нет, не любит. Если бьет, значит, ненавидит. Во время наших ссор дочь забиралась с одеялом в ванну и плакала. Только это его отрезвляло. По ночам у ребенка были кошмары. Если на меня оказывалось физическое насилие, то наш ребенок страдал морально. 

Полное омерзение к мужу у Ирины появилось спустя еще четыре года после январских событий. В одну из пятниц Лизу на выходные забрали к себе бабушка с дедушкой. Ирина после работы приготовила ужин, посмотрела кино и уже собиралась спать, когда пришел Дмитрий. После работы он задержался и выпил, пришел вновь недовольный, в этот раз семья была не виновата – дело было в работе. И, чтобы успокоиться, мужчина захотел интима. 

– Многие говорят, что муж не может изнасиловать жену. Может. Я плакала, кричала и говорила, что не хочу. Просила отпустить. Но он меня не слушал. После этого я поняла, что готова или покончить с собой, или убить его. Но здравый смысл победил. Я дождалась, пока он уснет, собрала свои и Лизины вещи на первое время и ушла. Я устала терпеть его агрессию, безразличие и самолюбие. А это стало последней каплей. Так ужасно сейчас осознавать, что мне пришлось дождаться этого, чтобы понять – нужно бежать.

Дмитрий думал, что Ирина ушла на время, так часто бывало. Через два дня он пришел с работы, а вещей жены и дочери в квартире не было. Ни одной. 

Ирине потребовалось более восьми лет, чтобы решиться изменить жизнь – свою и своей дочери. Сейчас женщина замужем, во втором браке у нее с супругом родился сын. Теперь и Ирина, и ее дочь чувствуют себя защищенными – рядом с ними нормальный мужчина. С бывшим мужем и его родственниками женщина не поддерживает никаких отношений, дочь тоже не общается с отцом. 

Мы начинаем работу над одной из самых сложных и закрытых тем - семейное насилие. Если вы готовы к такому разговору, заполните, пожалуйста, эту анкету.

Копировать ссылку
Поделиться в соцсетях:
Читайте также
Комментарии
Комментарии для сайта Cackle
Популярные новости
Вход

Через соцсети (рекомендуем для новых покупателей):

Спасибо за обращение   

Если у вас возникнут какие-либо вопросы, пожалуйста, свяжитесь с редакцией по email

Спасибо за подписку   

Если у вас возникнут какие-либо вопросы, пожалуйста, свяжитесь с редакцией по email

subscription
Подпишитесь на дайджест «Выбор редакции»
Главные события — утром и вечером
Предложить новость
Нажимая на кнопку «Отправить», я соглашаюсь
с политикой обработки персональных данных
Краснотурьинск
-16 °C
$64,20
70,67