Новый директор завода уверен, что в 2010 году БАЗ сделает рывок

Рукопожатие у Юрия Моисеева, в последних числах октября вставшего у руля Богословского алюминиевого завода, крепкое. Мужское. Для него пресс-конференция, состоявшаяся 1 декабря, первая, но далеко не последняя – Юрий Валентинович сразу пообещал журналистам: «Встречаться будем часто». Потому что – судя по настрою гендиректора – поводы для новостей будут.

– Проблем на заводе достаточно – начать хотя бы с того, что в себестоимости производства глинозема и алюминия доля энергозатрат составляет порядка 30%, – поэтому я первым делом выехал в Екатеринбург. Мы прошли многие кабинеты власти, встретились с министром энергетики и руководителем РЭК, проговорили наши проблемы. Есть определенные договоренности, переговорный процесс еще идет, но самое главное – есть понимание, – Моисеев начал разговор с главного. – Что касается тепла – вопрос политический. Объем тепла, поставляемого ТЭЦ на завод, составляет около 96%. Дело в том, что ТЭЦ работает на углях месторождения «Вахрушевугля», – это сырье низкого качества, соответственно, и себестоимость высокая. Сегодня мы прорабатываем вариант перехода на экибастузский уголь, который почти в два раза дешевле и качественнее, но в этом случае надо понимать, что будет с Волчанском и Карпинском... Вопрос энергетики в части электролизного производства тоже в работе. Мы вообще выгодный потребитель для энергетиков: и график потребления электроэнергии у нас ровный, и один корпус завода потребляет электроэнергии столько, сколько нужно для жизни 4-5 городов, сопоставимых с Краснотурьинском. И я думаю, что мы должны добиться решения этих вопросов.

– Юрий Валентинович, вернувшись на БАЗ после длительного перерыва, можете ли вы сейчас дать оценку положению, в котором находится завод? В том числе в части технического состояния, психологического климата... Скажем, по пятибальной шкале...

– Кризис коснулся тех или иных отраслей в разной степени. А что касается предприятий и компаний, то, наверное, они пострадали одинаково: было время, когда все абсолютно заводы останавливали капитальные ремонты, снижали объемы производства, сокращали людей... Это были вынужденные меры, но – повсеместно. На Запорожском заводе (я хорошо этот завод знаю, работал там два года) сегодня электролизное производство значительно сокращено. Это результат, скажем так, недальновидной политики властей: «ДнепроГЭС» буквально в тысяче метров от завода, тем не менее доля электроэнергии в себестоимости составляет более тысячи долларов... По Надвоицкому заводу: когда составляешь бизнес-план на следующий месяц, в графе «материалы» ставишь прочерк. Все ремонтные службы начинали и заканчивали рабочий день на площадке металлолома – искали какие-то шестеренки, валы, подшипники... Реставрировали и возвращали в производство – таким образом выживали. Здесь, в Краснотурьинске, конечно, тоже были сокращения. Повторюсь, как и везде. И вряд ли в кризис поставишь оценку «хорошо» или «отлично», поэтому всем заводам – «удовлетворительно». Но в 2010 году завод сделает рывок...

– Почему вы так считаете?

– Заводу выделено достаточно средств на капитальные ремонты в 2010 году. И уже с января мы начнем осуществлять проекты в части капремонтов глиноземного производства – это и печи кальцинации, и мельницы мокрого размола, и градирни. Из шести градирен две будем ремонтировать в полном объеме. Около 300 миллионов рублей выделено на шламонакопитель, порядка 10 млн – на шламопровод. По электролизному производству вопрос капремонтов пока не решен – это связано с ценой алюминия на Лондонской бирже: на прошлой неделе она снижалась и составила около 1950 долларов за тонну. У нас же пока себестоимость продукции достаточно высокая. Ремонтировать электролизер, который будет производить заведомо убыточную продукцию, наверное, не совсем правильно сейчас. Но в то же время с руководством Алюминиевого дивизиона «РУСАЛа» уже проговорен вопрос о запуске VI серии. Мы пока занимаемся расчетами, пытаемся минимизировать пусковые затраты и ждем выхода постановления РЭКа, где будет обозначен тариф по электроэнергии для электролизного. И я думаю, решение о запуске серии будет положительным. Сроки не оговариваются, но, убежден, это случится в ближайшее время – в первые месяцы 2010 года.

– А уже сейчас заводчане почувствуют какие-то изменения?

– Компания сейчас дает заводам больше самостоятельности: при положительных результатах работы будет создан Фонд развития предприятия. Сегодня у нас развязаны руки и есть возможность зарабатывать деньги, которые мы будем направлять на повышение заработной платы, на реализацию каких-то социальных программ, на программы регионального развития, на формирование премиального фонда для персонала предприятий... Первый звоночек уже есть – со 2 декабря возобновится дотация на питание заводчан (40 рублей на человека).
– По нашей информации на заводе сейчас внедряется кайдзен-процесс. Что это за система? Как ее внедрение скажется на работе предприятия и, конечно, на людях?
– По-простому это – поиски резервов по снижению издержек. Конкретный пример. Ежемесячно мы выплачивали около 4 млн штрафов за простой вагонов. Сели и разобрались, выстроили цепочку: начали с тепловоза (маршруты и прочее), затем цех складского хозяйства – прописали функциональные обязанности грузчиков, затем изучили подвижной парк и поток – отработали ритмичность поставок груза... Что в результате? Полностью исключили штрафы и значительно – примерно на 20% – снизили плату за использование самих вагонов. Примеры можно еще приводить и приводить... Конечно, многие люди спрашивают: «Почему мы не почувствовали это в листочках?» Потому что это вопрос времени. По-хорошему, если мы изыскиваем какие-то резервы, надо бы сокращать людей, но мы на такой шаг не идем. В том числе и в надежде на запуск VI серии (а это порядка 350 рабочих мест!) – работники, которые высвободились в ходе реализации кайдзен-процесса, вернутся туда и будут зарабатывать...

– Юрий Валентинович, а что с ожидаемым переводом мастеров в бригадиры? Эта тема сейчас очень активно обсуждается...

– Сразу скажу, ничего критичного не происходит. Я получил консультации Ростехнадзора и инспекции по труду, обсуждаем ситуацию с профсоюзом и с технологами, и такое решение по электролизному цеху уже принято. По глиноземному – пока нет. Когда мы ставим мастера, он у нас как в детском саду нянька – принеси, подай, напиши... Психология у людей такая: скажет мастер – сделаю, не скажет – нет. И я хочу, чтобы работники завода стали более самостоятельными, каждый чувствовал свою ответственность за общий процесс. Сегодня, встречаясь с коллективом, я сразу заявляю: мы будем менять статус работников, которые приходят на производство и ДУМАЮТ. Для таких рабочих будет и особый статус, и достойная зарплата. А тем, кто приходит на завод отсиживать рабочее время, заработная плата будет соответствующая... Мастера при переводе их в бригадиры в деньгах не потеряют, и ответственность с них никто не снимает, но, повторюсь, ответственность – это привилегия не только мастера или бригадира. А ведь бывает и так. Идет работник по электролизному, увидит мастера или руководителя – бегом, респиратор надевает, шлем-маску... Хотя он сам должен в первую очередь думать о своей безопасности и здоровье – не для мастера. Я тоже, когда пришел на завод, упразднил должность директора по экологии и качеству. Я понимаю, что это очень серьезный вопрос, поэтому и замкнул его на себя. Нельзя рассуждать так: за экологию или другое какое-то направление отвечаю не я, поэтому меня это не касается... 

– И часто вы личным примером вдохновляете подчиненных?

– Это тоже часть работы директора (смеется). Вот, к примеру, в понедельник (30 ноября – Прим. ред.) я пришел на репетицию хора электролизников. Сразу скажу – надо возрождать, поддерживать эту традицию. Спел вместе со всеми «Родину» и «Смуглянку». В четверг тоже постараюсь выкроить время, поддержать ребят...