«Собачье царство плюс бичи». Жительницу Суходойки пугают полузаброшенные корпуса больницы

Ольга живет на Суходойке, в частном доме, расположенном в районе улицы Медицины и Больничного переулка. Всего в нескольких десятках метров от него находится заросший деревьями и покинутый людьми больничный городок. Он занимает пространство между улицами Больничной, Медицины, Уральской и переулком Больничным. "Может зайти кто угодно" — Раньше здесь была инфекционная больница. Это было в 70-х, я тогда еще маленькой была. От нее и появились названия улиц и переулка, — вспоминает Ольга. Она рассказывает, что когда-то ее маленькая дочка лечилась в этой больнице. — Я бегала ее проведать, не разбирая дороги… Теперь корпуса заброшены. Все вокруг запущено… Живу тут уже больше 30 лет, и все это время ничего не меняется. Женщина отмечает, что оставленные корпуса инфекционной больницы — это, пожалуй, одна из главных проблем района. — Деревья разрослись. Они уже старые, ломаются. От ветра, от снега. Ветки падают прямо на дорогу. Хорошо, что пока не на голову. Идешь, и не знаешь, дойдешь ли, — признается Ольга. — А поздней весной и летом, когда поросль разрастается, начинают жаловаться водители. Кустарники и ветки никто не подрезает, не убирает. Ни коммунальных служб, ни городских работников мы здесь не видели. Все делаем сами: если деревья мешают проезду, их обрезают сами жители. Вот, посмотрите, в каком состоянии всё вокруг… На календаре — 1 ноября. Падает новогоднего вида снежок. Первый этой осенью. Ольга проводит экскурсию для журналистов. Мы шагаем по улице Уральской, вдоль забора больничного городка. Часть пролетов отсутствует. — Забора нет, и больничный городок стал местом, куда может зайти кто угодно. Молодежь туда заходит, лазает. Слава Господу, пока никто не убился. Но там открытые колодцы — большие, глубокие. Я внуков туда не отпускаю. Летом здесь собираются выпить алкаши со всей Суходойки. «Металлисты» (собиратели металла, — прим. ред.) раньше тоже лазали, но теперь их не видно. Видимо, все, что можно было, уже вытащили. Металла, который можно сдать, наверное, не осталось. С Уральской сворачиваем на Больничную. — Общественного транспорта здесь тоже нет. Только такси или собственные машины. Хотя когда-то было все: больница, транспорт ходил, — вспоминает Ольга. С Больничной выходим на улицу Медицины. — Света у нас здесь нет — ни одного фонарного столба. И никому до этого нет дела. Страшно, конечно, а как не страшно? Идешь вечерком, не знаешь, кто и откуда появится. Уже в пять-шесть часов вечера темно. Лишь у домов местные жильцы что-то включают. Стоит только чему-то зашевелиться в кустах — и душа в пятки уходит. Однажды в городе пропала девушка, и полиция искала ее здесь, проверяла колодцы, здания, — Ольга смотрит на ворота бывшего больничного городка. "Пока само не развалится..." Калитка отсутствует. Сторожа тоже нет. Мы заходим на территорию: четыре пустующих здания с заколоченными окнами. В глубине — сравнительно свежий кирпич, запасенный кем-то, и пустая собачья будка. — Здесь полно бродячих собак. У меня несколько кошек пропало — заведешь нормальных, хороших, и тут же раз — и все. Потом только находишь останки, — рассказывает Ольга. — У города есть контракт с отловщиками… Ольга смотрит непонимающе и пожимает плечами: «Может быть, но до нас на Суходойку они не доезжают». — Здесь живу уже больше 30 лет. Раньше хоть было немного лучше, но сейчас — ужас. Все разрушено, вокруг собачье царство плюс бичи. И никому до этого дела нет, — разводит руками Ольга. Она признается, что не знает, кому принадлежат бывшие больничные строения и земля под ними. — Может, это муниципальная земля, может, принадлежит больнице или Минздраву. Может, уже кому-то продали. Выше находится здание бывшей больничной прачечной — там видно, что есть хозяин: забор из профлиста, люди ходят и что-то делают. Но если есть хозяин, если объект муниципальный или больничный, то должны хоть иногда приезжать, что-то делать: убирать листья, подстригать деревья. Но ничего… — А кто-нибудь из местных обращал внимание властей на эту проблему? — Нет, никто никуда не писал. Люди привыкли, что все идет своим чередом. Те, кто старше меня, уже давно ушли, молодым это и вовсе неинтересно — пусть стоит, видимо, пока само не развалится... Вот так и живем. Кому-то нужно место — его выкупают и строят, а здесь почему-то ничего не делают. Если никому не нужно, снесли бы здания и сделали детскую площадку или небольшой сквер. В каждом дворе — по два-три ребенка, а ближайшая площадка на Октябрьской, в городе. Или отдали бы землю под застройку людям. Здесь гектар точно найдется, — предлагает женщина. Вид использования - склады Пресс-секретарь Краснотурьинской городской больницы Екатерина Мартенс сообщила, что на балансе учреждения этих зданий точно нет.  Пресс-секретарь администрации городского округа Краснотурьинск Анна Загирова не ответила на звонок "Вечернего Краснотурьинска". Собеседник в мэрии подсказал, что Анна Николаевна находится в отпуске.  Согласно данным публичной кадастровой карты, интерактивного онлайн-сервиса, который предоставляет пользователям информацию из Единого государственного реестра недвижимости (ЕГРН), площадь участка под бывшим больничным городком по улице Медицины, 107, составляет 9870 квадратных метров. Это - земли населенных пунктов. Разрешенный вид использования - склады. Кадастровая стоимость - 3 395 280 рублей.  В графе "Форма собственности" стоит прочерк. Как правило, это значит, что в ЕГРН отсутствуют сведения о зарегистрированных правах на земельный участок. К теме вернемся. Читатели, если вы знаете, кто собственник объекта, то можете сообщить в редакцию: 8-922-0-260-265 (служба информации).