Это, конечно, смешно и в такое с трудом верится, но вот уже третьи сутки приходится буквально "держать оборону" – общественник и работник культуры Сергей Грибакин, как, видимо, справедливо предположили некоторые участники
обсуждения скандала, и не вздумает извиняться за свое, можно сказать, непристойное поведение на публике. Мое преступление, понятно, в том, что рассказала эту историю.
Хамство – бытовое и тем более публичное – становится нормой. В чем причины этого явления и как его остановить? Иллюстрация: xpresstime.ru
В первый же вечер после публикации на сайте Сергей Сергеевич позвонил – на личный сотовый, вечером. Разговор был эмоциональным, пару раз, каюсь, повысила голос – чтобы хоть как-то вклиниться в поток информации, из которой я узнала, что:
а) тупая;
б) у меня нет мозга;
в) если хоть кто-то скажет дурное слово про Сергея Сергеевича его детям, то я получу " в три, в пять, в десять раз больше";
г) получу срок, если посмею хоть какое-то мнение одного из активных комментаторов сайта "ВК" Александра Жукова дать в газете;
д) мщу Сергею Сергеевичу за своего отца (?).
Пыталась было объяснить, что, волнуясь за своих детей, Сергей Сергеевич мог бы на минутку задуматься о том, что 17-летний Павел, на которого он спустил Полкана в публичном обсуждении "ВКонтакте", тоже чей-то сын – как Сергею Сергеевичу перспектива столкновения его сыновей с таким агрессивным оппонентом? Да куда там... Оно ясно – сволочь я и есть, все.
Тем же вечером, очень уже поздним (я иногда работаю дома, когда своих малых уложу спать) "воспитательную" беседу мне организовала уже супруга Сергея Сергеевича, тоже, кстати, работник культуры. Елена почему-то считает, что, рассказав о хамстве Грибакина, мы унизили... Павла. Этому предшествовал, конечно, юридический "ликбез" – все про штрафы, статьи, аресты, наказания, которые я могу навлечь на свою, как выяснилось ранее, безмозглую голову. Да, еще было много про тайну "личной переписки" – ну никак не возьмут в толк взрослые вроде бы люди, что любое обсуждение в любой соцсети или на сайте есть уже публичный процесс. Елена собиралась поговорить с самим Павлом и его родителями – объяснить им, видимо, что это не Сергей Сергеевич не прав, а "Вечерка", обнародовавшая позорную переписку.
С таким агрессивным напором, когда конструктивный диалог невозможен в принципе, признаюсь, не сталкивалась давненько. Но, похоже, это еще не конец – в среду, 24 февраля, ситуацию должны обсудить на заседании Общественной палаты, откуда мы планируем провести твиттер-трансляцию, заодно рассказав о том, чем живут и дышат общественники сегодня. А Сергей Сергеевич продолжает "жечь". Сегодня он – безусловно, добрый человек, как он сам утверждает – выдвинул новую гипотезу моей "зловредности". Характер, говорит, портится из-за комплексов, связанных с лишним весом. Ээээх, вот как знал, как знал – сегодня у меня день зеленого чая, борюсь, знаете ли, с проблемой разгрузочными днями.
P.S. Боюсь, в этом "марлезонском балете" даже антракта не будет. Однако именно поэтому я еще больше уверена в том, что все правильно – хамство вообще и в том числе хамство представителя культуры, о котором по городу уже, кажется, легенды ходят (упоминание о, скажем так, странном поведении Сергея Сергеевича встречалось на
форумах и прежде), надо лечить. Принудительно.
