21 июля на улице Назарова, что на 42-м квартале, горел дом. Полыхала крыша, дым и языки пламени были замечены соседом, он вызвал пожарных.

Как говорят жители близлежащих домов, погорелое жилье, которое и до пожара выглядело изношенным, принадлежит 68-летней пенсионерке. В момент пожара женщины в доме не было, она не пострадала.
22 июля журналисты «Вечерки» приехали на место возгорания, чтобы узнать у погорелицы, назовем ее Натальей, не нужна ли ей помощь в восстановлении дома. Но полноценно пообщаться не удалось...

«Кому хочется, чтобы мама жила в таких условиях?»

Доступ во двор был свободен. Посреди — крапива в человеческий рост. Валяется треснувший пластиковый умывальник, покрытый плотным слоем грязи. Разбросана посуда с остатками сгнившей еды и набитые мусором пакеты. Среди горелых обломков кровли и кусков шифера лежит пожилая худощавая женщина. Одежда ее грязна от сажи. Пахнет перегаром.
Я вскрикнула. На помощь Наталье поспешили соседи, назовем их Сергей и Анастасия.
- Тут же везде сыро, она замерзнет! Надо отвезти тетю Наташу к подружке. Дожить до преклонных лет, чтобы остаться в таких нечеловеческих условиях... — всхлипывает Анастасия.
Наталья временно живет у подруги, чей дом стоит неподалеку от погоревшего. Идти сама пенсионерка не смогла, поэтому соседи посадили ее в садовую тележку. До Наташиной подружки тачку толкал Сергей, который попросил не фотографировать доставку. Поэтому фотографии процесса тут не будет. 
- У тети Наташи было два сына. Старшего похоронили где-то лет пять назад, а младшему мать не нужна, видимо. Он живет то в Краснотурьинске, то в Серове, то в Ивделе — ездит по вахтам. Приезжали один раз люди, предлагали обменять дом на комнату в общаге и доплатить наличкой. Дом все равно под снос, он аварийный. Хозяйка живет без печки, без электричества, считайте, без крыши над головой, — Сергей машет рукой в сторону погоревшей крыши дома. — Не знаю, сама она или сын искали покупателей. Это все обсуждалось через сарафанное радио. Женщина вроде как согласилась, а сын сказал, что денег предлагают мало. Так все и замялось...

Сергей останавливается, перехватывает ручки тележки и продолжает путь.
- В апреле этого года 4 или 5 раз сюда приезжали пожарные, потому что дом горел, а сын за все время тут ни разу не появился. Когда в первый раз она начала гореть, приехали службы, МВД... Сказали, что не могут тетю (...) никуда оформить. Оказалось, что она якобы какое-то время прописывала у себя приезжих из Таджикистана. И получала за это мзду. Чтобы сейчас она не осталась на улице, а попала хотя бы в дом престарелых, надо сыну написать заявление в администрацию. Предлагали ему приехать, мать забрать, оформить ее в Североуральский дом престарелых, но он отказался. Уже и бумага готовая есть, я ее сам видел. Надо просто подпись поставить... Вот кому хочется, чтобы мама жила в таких условиях? Понятно, что эта земля стоит денег, но ведь человеческое отношение должно быть! - считает мужчина. 
Он рассказывает, что печь в доме Натальи ее сын разобрал по осени и якобы сдал детали, чтобы купить шкаликов — маленьких бутылочек со спиртным: «Мать его фактически костры вынуждена была жечь дома, вот и погорела. Зимовала как придется».
Сергей говорит, что в доме, куда мы держим путь, живет подруга Натальи. Пенсионерка ходит к ней, чтобы помыться и привести себя в порядок.
Местные рассказывают, что раньше Наталья работала главным бухгалтером у одного ныне покойного краснотурьинского бизнесмена с неоднозначной репутацией.

Соседка, назовем ее Валерией, поделилась, что созванивалась с сыном Натальи и предупреждала: маму нужно определять в дом престарелых, так как она странно себя ведет.
- Иногда такую ересь несет! Идет по улице, говорит по телефону, а звонок никуда не идет. Нам надо было после смерти ее сожителя, еще в прошлом году, собраться и всей улицей писать письмо, чтобы ее определили куда-нибудь, — переживает женщина.
- Сожитель ее в 2024 году сломал то ли копчик, то ли таз, лежачим стал. Ну и за два месяца без должного ухода сами понимаете, что с ним стало... (...) Суточники с рвотой вытаскивали тело... Похоронили мужика, — вспоминает Сергей. — У него и паспорт был СССР, старый такой. Числился гражданином Казахстана.
Сергей убежден, что соседи должны коллективно написать заявление, чтобы пенсионерку наконец-то поместили в дом престарелых и обеспечили необходимым уходом. Куда конкретно писать заявление, мужчина пока не знает.
... Подруги Натальи дома не оказалось. Погорелицу оставили на крыльце, где женщина и уснула.

«Интересы разные у людей, понимаете...»

Вот что рассказал младший сын Натальи. Назовем его Константином.
- Моя мама вообще не проживала в (...) доме на улице Назарова, а только приходила туда под предлогом, что не может оставить какие-то вещи. Не было никаких условий, чтобы там непосредственно проживать. Ей неоднократно говорили, что не нужно топить печку и уходить, но она не слушает. А жила она у соседки (...). Покупателей на дом конкретных не было, обменивать его на комнату в общежитии отказалась сама мама. Ее интересовала только продажа дома либо обмен на квартиру. Я работаю по вахтам и не могу находиться все время рядом. Мы неоднократно общались с ней, предлагал выставить дом на торги. В одно время она была согласна, потом заявила, что нужно ремонтировать ее жилплощадь. У меня нет таких финансов, чтобы восстановить аварийный дом. Никаких диагнозов по типу деменции у нее нет, она адекватный человек. Разве что какие-то сердечные моменты. Где-то неделю назад я приезжал в гости, посидели у маминой подруги на (....), пообщались. На вопросы мама отвечала внятно. Но алкоголем да, злоупотребляет. Думаю, на почве этого все и произошло. Если пристроить маму в дом престарелых, то она лишится своего дома. Некоторым людям с этой улицы очень удобно, чтобы маму увезли. (...). Сосед звонил, говорил, что если я что-то не решу с мамой, то они сделают так, чтобы дом отошел в другие руки. Якобы есть лазейки в законе. Поэтому на 90% уверен, что возгорание произошло по вине мамы, но на 10% это может быть умышленный поджог. Тут интересы разные у людей, понимаете... А про то, что я разобрал печку, чтобы шкалики купить, это бред. Те, кто что-то думают, пусть оставят свое мнение при себе! — говорит Константин.
Договорились с Константином, что созвонимся 23 июля для полного обсуждения ситуации. К сожалению, пока на звонки редакции мужчина не ответил.

К теме вернемся.
Все имена изменены.